Блог наивного варгеймера

Previous Entry Share Next Entry
[Репост] Что замышляли немцы против большевиков. 1918 г.
january31
Оригинал взят у oper_1974 в Что замышляли немцы против большевиков. 1918 г.

Из мемуаров генерала Макса Гофмана:

Вопрос об управлении прибалтийскими губерниями разрешился так же, как и на Украине. И тут командованию Восточным фронтом в самой любезной форме предложено было не вмешиваться в дела управления, а 8-й армии было поручено привести в исполнение планы Верховного командования. Новый начальник штаба этой армии, подполковник Франц, пользовался особым доверием генерала Людендорфа.

Бесполезно критиковать германскую окраинную политику, так как позднейшие события аннулировали все, что мы предполагали сделать на востоке. Мне хочется лишь заметить, что лично я не сочувствовал идее отнятия у России Прибалтики.

Россия как великая держава - а такой она всегда была и останется - не может долго примиряться с тем, чтобы Рига и Ревель, представляющие из себя как бы ключи к ее столице, Петербургу, были у нее отняты.

Также и в количественном отношении немецкое население Лифляндии и Эстляндии не так велико, чтобы оправдать управление этими окраинными государствами немцами.

AKG1715834.jpg


Имея в тылу мирно настроенную Россию, из которой изголодавшиеся центральные державы могли бы извлекать продовольствие и сырье, можно было прийти к заключению не начинать на западе наступления, но выжидать, чтобы инициатива наступления исходила от Антанты.

Но этой предпосылки как раз и не было. Слухи, шедшие из России, с каждым днем становились все печальнее; там происходили всякие ужасы, убийства многих тысяч образованных и имущих людей, разбой и кражи, - междоусобица, исключавшая всякую возможность возобновления правильных торговых сношений.

Таким образом, для того, чтобы вступить на вышеуказанный "выжидательный" путь на Западном фронте, следовало сначала создать на востоке условия, открывающие возможность снабжения центральных держав продовольствием и сырьем.

К командованию Восточным фронтом ежедневно обращались с мольбами о помощи из всех кругов русского населения. Наши делегации, посланные нами в Россию, в большинстве случаев заявляли, что мы ни в коем случае не должны сложа руки смотреть на неистовства большевиков, - но, несмотря на это, следовало признаться, что трудно было решиться нарушить уже заключенный мир и снова с оружием в руках выступить против России. Я откровенно признаюсь, что в первое время и я никак не мог примириться с таким решением.

AKG1715815.jpg

Русский колосс в течение ста лет в политическом отношении оказывал такое давление на Германию, что нельзя было не испытывать известного чувства облегчения при мысли о том, что русское могущество на целый ряд лет уничтожено революцией и большевистским хозяйничаньем.

Но чем больше до меня доходили сведения о неистовствах большевиков, тем больше я склонялся к тому, чтобы пересмотреть мое отношение к этому вопросу. Поэтому я завязал сношения с различными представителями старого русского правительства.

Но настоящего мира на Восточном фронте не было: мы хотя и со слабыми силами, но все-таки сохраняли фронт против большевистских банд; со дня на день мы ждали перестрелки.

Westfront/verwundete dt. Soldaten /Foto - West Front / Wounded German Soldiers -

Что происходит в России, мы не знали, относительно целей чехословацкого движения у нас царило полное неведение. Как и всегда на войне, носились преувеличенные слухи об их численности и их намерениях.

Рассказывали, что Англия снабжает их деньгами и что они, опираясь на Англию, собираются с востока напасть на Москву и захватить правительственную власть. В таком случае снова сомкнулось бы кольцо вокруг Германии.

Поэтому с весны 1918 года я стал на ту точку зрения, что правильнее было бы выяснить положение дел на востоке, то есть отказаться от мира, пойти походом на Москву, создать какое-нибудь новое правительство, предложить ему лучшие условия мира, нежели в Брест-Литовске, - например, вернуть ему в первую голову Польшу - и заключить с этим новым русским правительством союз. Подкреплений для этого похода Восточному фронту не понадобилось бы.

18622119_1141028232707694_3820677854990648697_n.jpg

Майор Шуберт, наш новый военный атташе в Москве, первым высказавшийся за решительное выступление против большевиков, полагал, что двух батальонов было бы вполне достаточно для водворения порядка в Москве и установления нового правительства.

Хотя я и считал его точку зрения слишком оптимистической, но все-таки я думал, что нам вполне бы хватило для проведения этого начинания тех немногих дивизий, которыми мы еще располагали.

В то время у Ленина и Троцкого еще не было Красной армии. Они были заняты разоружением остатков старой армии и отправкой ее по домам. Их власть опиралась всего лишь на несколько латышских батальонов и вооруженных китайских кули, которых они употребляли, да и теперь еще употребляют главным образом в качестве палачеТаким образом, по-моему, было бы легко смести большевистское правительство, если бы мы, например, продвинулись на линию Смоленск - Петербург и, заняв ее, образовали бы новое русское правительство.

Последнее пустило бы просто-напросто ложный слух, что цесаревич жив, назначило бы регента - при этом я имел в виду великого князя Павла, с которым командующий Восточным фронтом завязал сношения через его зятя, полковника Дурново, - и мы перевезли бы это временное правительство в Москву.

14962519_1161381203946691_4420482132004080496_n.jpg

Таким образом, Россия была бы избавлена по крайней мере от страданий. Какое впечатление произвели бы эти события в Германии и на Западе, это нетрудно себе представить. Несомненно, что значение этого начинания было бы огромно, если бы только мы решились на это раньше, чем Людендорф начал свое первое наступление в марте 1918 года.

Войска, находившиеся в распоряжении Верховного командования весной 1918 года, были, бесспорно, хороши. Доказано, что коммунисты и социалисты всеми средствами старались подорвать моральное состояние войск. Однако по свидетельству сотен офицеров, которых я по этому поводу опрашивал, весной 1918 года в войсках еще не чувствовалось серьезного влияния этой агитации.

Хуже обстояло дело в тылу. Распространявшийся тут яд, правда, медленно, но все же проникал в войска, и только под впечатлением длительных тяжелых боев летом 1918 года наступило разложение, которое привело к крушению самой доблестной армии в мире.

14691071_972134906263695_4348983709425314069_n.jpg

Я того мнения, что именно переброска отдельных солдат из войсковых частей Восточного фронта на Западный имела роковые последствия. Большевистская пропаганда оказывала, несомненно, влияние на армию.

Если старая дисциплина объединяла еще войска, если еще можно было положиться на войсковые единицы в целом, то уже нельзя было, к сожалению, помешать тому, что отдельные люди, недовольные тем, что их вырвали из своих частей и со спокойного фронта послали на новые бои, распространяли яд большевистских теорий, с которыми они познакомились на востоке.

Таким образом проникали в армии, сражавшиеся на Западном фронте, элементы разложения, встречавшие особо благоприятную почву в солдатах, переутомленных длительными тяжелыми боями.

В результате Большой прорыв не удался; вместо того чтобы признать, что таким образом потеряны последние шансы на победу, вместо того чтобы с этого момента ограничиться исключительно обороной и побудить имперское правительство начать переговоры о мире, Людендорф упорно продолжал наступление, пока не истощил последних сил войска.

Это привело генерала Людендорфа к необходимости требовать немедленного (в двадцать четыре часа) заключения перемирия и отдало беспомощную Германию во власть холодной ненависти Англии, фанатической мстительности французов и душевнобольного Вильсона.

Dt.Soldaten werfen Handgranaten/ Foto. - German Soldiers Throwing Grenades /Photo - Soldats allemands jetant des grenades / Photo de presse


?

Log in

No account? Create an account